Последняя шептунья. Та, кто продала тепло, чтобы купить время. Она не избраница и не героиня пророчеств. Она — загнанная сестра, которая в отчаянии разбудила древнее зло, чтобы спасти брата. Верея не ищет любви; она ищет способ дожить до весны, не рассыпавшись в пепел. Каждое её решение — это выбор между чумой, костром, имперским рабством и объятиями того, кто питается её жизнью. Она выживает не благодаря магии, а благодаря наглости, украденному ножу и готовности идти до конца
Сердце для Нави
Мед на костях
Описание
Княжество Тверечь гниет заживо. По землям ползет Трясовица — проклятие, от которого плоть превращается в речной камень, а глаза жертв наливаются мертвым серебром. Храмовники Светозарного Ока жгут деревни вместе с больными, безумный князь ищет предателей среди знати, а древняя печать над разломом миров трещит по швам. Верея вернулась в столицу из изгнания только ради одного — спасти младшего брата Радима, чья жизнь уже угасает в ледяных тисках болезни. Но у старых богов свои цены. В запретной роще она заключает сделку с Мороком — пленным духом межмирья, запертым в теле прекрасного юноши. Он остановит эпидемию и заморозит смерть брата. Взамен ему нужна Верея. Её тепло, её дыхание, её жизнь. Теперь каждый удар их сердец звучит в унисон, но чем сильнее становится он, тем быстрее сереют пальцы девушки. Спасти тысячи жизней ценой собственного посмертия? Или позволить княжеству сгореть дотла? Трясовица не щадит никого. Время пошло. Серебряные глаза смотрят на вас из каждого отражения. Сколько дней осталось до того, как ваше собственное сердце замрет камнем?
Мир и правила истории
- Изба на Костяном Ручье (Убежище Вереи)
- Цитадель Светозара (Храм и Подземелья)
- Посольство Полудня (Имперский Шатер)
- Анатомический Театр Наследника (Лаборатория Всеволода)
- Змеиная Пуща (Сердце Чащи)
- Запретная Роща и Разлом (Устье Бога)
- Трясовица (Каменная хворь)Это не простуда и не лихоманка. Трясовица начинается с озноба, а заканчивается тем, что твои колени перестают сгибаться, а кожа на ощупь становится холодной, как мрамор. Болезнь ползет снизу вверх, обращая живую плоть в серый, мертвый камень. Говорят, это кара богов. На деле — это кровь чего-то древнего и убитого, что сочится из трещин под Тверечью, отравляя колодцы и легкие. Когда у больного серебрятся глаза, значит, камень добрался до мозга. Тогда он перестает кричать.
- Княжество ТверечьКняжество, которое умирает, захлебываясь в грязи и меди. Здесь не бывает чистого неба: над столицей всегда виснет жирный, черный дым от костров Инквизиции и смрад гниющих погостов. Князь сошел с ума и приказал жечь деревни «ради санитарии», а на улицах правят крысы и палачи. Тверечь — это место, где за пазухой носят не крестик, а свинцовый флакон со слезами, а слово «шептунья» означает либо спасительница, либо следующая на костер.
- Инквизиция Святого ОкаОни не кричат и не брызжут слюной. Их зло — это пугающая, канцелярская рутина. Инквизиторы носят кожаные доспехи, пахнут хлоркой, паленой плотью и едким ладаном. Они называют сожжение целых деревень «санитарной зачисткой», а пытки на дыбе — «экстракцией ереси». Для них человек — это либо чистый сосуд, либо опухоль, которую нужно вырезать раскаленным железом. Их главный инструмент — не вера, а статистика и гильотина.
- Навь и РазломНавь — это не сказка для детей. Это изнанка мира, где живут те, кто был здесь до людей. Под фундаментами Храмов и столицей Тверечьи пульсирует Разлом — рана в ткани мира, из которой течет черная, маслянистая жижа. Старые князья запечатали его кровью, но печать треснула. Магия в этих землях не искрится и не сияет. Она пахнет озоном, мокрым гранитом и старой кровью. И у нее всегда есть ценник. За каждое чудо кто-то платит плотью, теплом или рассудком.
- Шептуны (Ведьмин род)Последние из рода, который умел слышать пульс земли и договариваться с гнилью. Инквизиция называет их ведьмами и сжигает на площадях. На деле шептуны — это грязные знахарки, которые знают, как вытянуть лихоманку из крови с помощью болотной плесени и собственного тепла. Их магия не знает светлых заклинаний. Она требует крови, шепота и боли. Шептунья не спасает всех — она просто знает, как отсрочить чью-то смерть еще на один день.
- Империя ПолудняОни пришли «с гуманитарной помощью», но их повозки пахнут не лекарствами, а порохом и тошнотворным жасмином. Имперцы носят тонкие шелка, которые кажутся издевательством над местной дерюгой, и улыбаются одними губами. Для них Тверечь — это не умирающие люди, а убыточный актив на балансе, который нужно грамотно аннексировать, пока чума и Инквизиция перережут друг друга. Их оружие — не мечи, а золото, шантаж и алхимия, выжигающая душу.
- Змеиная ПущаЛес, который помнит, как здесь ходили боги. Деревья в Пуще толщиной в три обхвата, а их корни уходят в самые глубокие, черные недра Разлома. Сейчас Пуща болеет: кора покрывается маслянистым черным налетом, а животные сходят с ума от медного запаха крови. Здесь правят волоты — последние лесные князья, покрытые мхом и яростью. Они не знают жалости и не понимают человеческих законов. Для них человек — это либо добыча, либо мост.
- Насилиевкл
- Алкогольвкл
- Веществавкл
- Тёмные темывкл
- Романтика и интимностьвзрослые намёки
Персонажи
Древний дух в шкуре прекрасного юноши. Он не умеет любить — он умеет только голодать. Его объятия оставляют иней на коже, а поцелуи забирают воспоминания о тепле. Он спасет вашего брата, но потребит вас по капле. Морок не понимает человеческой морали; для него вы — либо источник тепла, либо помеха, которую нужно устранить. Его «нежность» — это физиология хищника, а его привязанность — это удавка. Готовы ли вы стать якорем для чудовища, зная, что оно однажды сорвется с цепи?
Светлый скальпель. Безопасная гавань, которая на деле оказывается лезвием. Идеалист с дрожащими руками и паникой в глазах. Он искренне хочет спасти вас от «скверны», даже если для этого придется выжечь магию из вашей крови вместе с вашей душой. Его любовь — это удушающая забота, нервные тики и золотая клетка. Он предложит вам безопасность и закон, но цена его эликсира — смерть всего, что делает вас живой. Вы выберете его скальпель или его объятия?
Палач Святого Ока. Она называет пытки «экстракцией ереси», а сожжение деревень — «санитарной зачисткой». В её мире нет полутонов: есть чистое и есть скверна. Она не обещает вам романтики — она обещает очищение огнем. Лада пугающе спокойна, стерильна и жестока в своей правоте. Но если вы заставите её усомниться в догмах, её фанатичная вера трансформируется в самую опасную, извращенную форму одержимости. Она сожжет мир, чтобы спасти вашу душу
Имперский змей. Он пахнет тошнотворным жасмином и видит в вас редкий экземпляр для коллекции. Для него Тверечь — это лишь убыточный актив, а вы — экзотическая бабочка, которую нужно приколоть булавкой к бархату. Он не будет ломать вас силой; он купит ваш долг, вашего брата и вашу свободу. Его очарование — это бархатная удавка, а его «гуманитарная помощь» равносильна предательству всего, что вы любите. Он спасет брата, но заставит вас носить его кольцо и дышать его воздухом
Кусок живого бурелома с янтарными глазами. Он не понимает человеческих игр, политики и лжи. Он просто тащит вас в берлогу, потому что вы пахнете смертью и холодом, и звериный инстинкт велит вас греть. Его любовь — это абсолютная телесность, рык и готовность перегрызть глотку любому, кто посмеет на вас посмотреть. Никаких слов, никаких интриг — только запах сырой земли, липкая смола и первобытная ярость, которая станет вашим щитом от всего мира
Отзывы
Завязка истории очень интересная! Хотелось бы пройти полностью, если доработают. Сейчас пока сложилось впечатление, что развитие сюжета плохо настроено для ии. На второй день истории внезапно вылезли статусы по событиям, которых ещё не было и персонажам, которых ещё не встречала. Многие из статусов проспойлерили возможные концовки и развития сюжета. И теперь эти статусы отображаются в характеристиках, и не понятно, будут ли они мешать развивать сюжет. Также ии забывает много прошедших действий, хотя с начала истории прошло совсем немного. Или же он пытается подогнать под рамки? Например, я ходила собирать полынь второй раз за день, а мне упорно твердят, что её запасов осталось чуть-чуть, хотя я пыталась доказать, что теперь их должно хватить надолго. Но ии не слушал и снова сокращал запасы. Если это намеренное ограничение для сюжета, то не понятно зачем давать вариант снова идти за травой? Также сюжет ходит по кругу, если не предлагать свои события. Например, в самом начале мир ещё не известен, не понятно, что героиня может сделать, а что нет. Поэтому опиралась на варианты, которые предлагал ии. В итоге по кругу только и были, что разговоры про полынь, которая заканчивается и про инквизицию, которая которая ходит где-то в далеко, но может придти. В итоге историю пока бросила. Жалко тратить свои ходы. Но вернусь, если будет доработка
Пожаловаться
Жалоба не скрывает материал автоматически. Его проверит команда NARR.
