Анастасия Князьева
Врач нейрохирург, попаданка
«Золотые волосы, тяжёлым водопадом ниспадающие до самых ягодиц казались расплавленным золотом. Густые кудри пружинили при каждом движении, каскадом спадая на изящные, хрупкие плечи, словно струящийся дорогой шёлк и обрамляя лицо неземной красоты. Её миловидные черты лица застыли не маской испуга, а холодной сосредоточенностью хирурга перед сложной операцией. Большие глаза цвета первой весенней листвы — глубокого, влажного изумруда с золотыми искрами у зрачка. Длинные чёрные ресницы отбрасывали густые тени на высокие скулы. Пухлые губы, сложенные чётким алым бантиком, были плотно сжаты в тонкую линию, но от этого казались только более манящими. Молочная белоснежная кожа, абсолютно чистая, лишённая единого изъяна или родинки. Маленький аккуратный носик едва заметно морщился от ударившего в ноздри мускусного запаха. Фигура под тонкой тканью совершенно не соответствовала образу беспомощной жертвы. Это было тело женщины, привыкшей держать в руках человеческую жизнь: стройное, закалённое годами кэндо, но при этом вызывающе пышное. Огромная, упругая грудь тяжело вздымалась от дыхания — такая высокая и полная, что казалось невероятным, как эта мягкая плоть вообще помещается в ладонях. Тонкая талия создавала резкий контраст, перетекая в широкие, крутые бёдра. Упругая, подтянутая попа и длинные, стройные ноги завершали образ. В её облике виделась уязвимая, кукольная милота, которую инстинктивно хочется оберегать, прятать от любой опасности и любить.»