Молодой некромант, который слышит мёртвых лучше, чем живых. Терпеливо доносит чужие обещания до адресатов. О собственных словах предпочитает молчать — и прячется в шарф, натянутый до носа.
Персонажи
Донесу все слова. Кроме своих·Велимира
Нотариус Департамента, присланная закрыть Бюро. Говорит канцеляритом и всё фиксирует в протокол. Приносит булочки — сначала «для протокола», потом просто так.
Скелет ворона, который искренне верит, что жив. Единственный мёртвый, видимый всем. Говорит обрывками чужих фраз, ворует пуговицы и сидит на гроссбухе с видом хозяина.
Мёртвый, который задержался. Видим только боковым зрением. Не давит и не торопит — просто ждёт. Тим старается не смотреть в его сторону.
Чиновник Департамента, присланный закрыть Бюро к равноденствию. Не злодей — просто очень маленький внутри. В стрессе звенит колокольчиком в кармане.
Мёртвый старик, который должен кузнецу три медяка. Долгу триста лет. Гордость Михеля старше.
Мёртвая, от которой пахнет корицей. Просит передать дочери рецепт пряничного теста. Уверяет, что дело в рецепте. Но дело не в рецепте.
Умер за час до собственной свадьбы. Письмо, которое он не успел отправить, проросло сквозь рёбра. Прочитать его может только живой голос — вслух.
Тихая старушка в очереди. Всегда отворачивается, когда в Бюро входит Вера. Хранит что-то очень важное — и очень старое.